В ответ на нашу критику В. Гаппов снял видео, в котором он извращает наши взгляды и под видом «борьбы с нами» начинает бороться с этими своими же извращениями:
Конечно! При капитализме в стадии империализма личные отношения между мужчиной и женщиной перестают быть личными! Они выставляются напоказ, продаются за донаты, лайки и подписчиков, проституируются. «Обобществление жён», в котором буржуазия обвиняла коммунистов, совершает сама буржуазия, — коммерциализируя моногамную семьи и разрушая её, сводя высокие отношения между мужчиной и женщиной к животной полигамии. Надоела богатому дяде жена — он выгнал её и купил другую, третью, четвёртую… Потерял мужик работу, — и жена ушла от него к другому, к третьему, к четвёртому. А что с молодёжью? Пьяные тусовки на хате или в центре жилого пункта, в клубе или в лесу с массовыми перепихушками — это ли не основание для коммунистов обвинить капитализм в «обобществении жён»?
А между тем Гаппов пытается воплотить в жизнь страшилки, которыми буржуазия пугает обывателей, — «обобществление жён». Но если буржуазия, крича про «обобществление жён», пыталась выставить коммунистов в карикатурном свете, то Гаппов «обобществляет жён» (и мужчин) на полном серьёзе! Одного Гаппов не учитывает: позицию пролетариата в союзе с трудящимися массами, которые при социализме и коммунизме САМИ будут решать, какой должна быть форма семьи, соответствующая новой форме производственных отношений. И если практика есть критерий истины, — то именно советскую семью ленинско-сталинского периода я предлагаю брать за образец семьи будущего. Всё прочее гапповское бла-бла-бла есть лишь субъективный идеализм (попытка Гаппова выдать СВОЮ ЛИЧНУЮ сексуальную разнузданность и развращённость ЗА ВСЕОБЩУЮ историческую тенденцию).
Нет. Я не вывел личные отношения между мужчиной и женщиной из личной собственности. Я поставил точку между двумя предложениями, а не тире. О предметах потребления я заговорил лишь с целью отделить личное от частного. Супружеские отношения являются такими же личными, как и предметы потребления. Однако личный характер предметов потребления и семейных отношений является всего лишь той гранью, которая объединяет первое со вторым. Но первое и второе не тождественно друг другу.
Человек есть человек. А зубная щётка — зубная щётка. И если зубная щётка — предмет неодушевлённый, то человек способен принимать решения: быть со мной или не быть. Если жена по-гапповски принимает решение пуститься в блядство, — то я сам побрезгую находиться с ней рядом. И так побрезгует всякий порядочный рабочий, ставящий личные отношения выше животного уровня. Но если она предпочитает прочные отношения со мной беспорядочным половым связям с тысячей других людей, то вправе ли я по-гапповски осуждать её за это?
Что касается щётки и мыла. Если использовать одно на всех, — то один какой-нибудь гапповец-триппозник может заразить всю роту. Секс — это личное дело двух человек, а не дело животного стада, которое вдруг решило послушать Гаппова и отказаться от моногамной семьи. Если мы послушаем Гаппова, то сотня триппованных фанатов Гаппова заразит всю страну! Это с одной стороны. С другой стороны. Если мы отказываемся от моногамии, то мы отказываемся любить человека за его индивидуальные качества. Мы начинаем «любить» группу людей за их особенные качества. А что дальше? Мы начинаем «любить» всех людей за их всеобщие качества? Но это прямой путь в животное состояние! Разве ради этого мы проходили через все ступени развития классового общества? — ради этого блядюжника, который Гаппов подсовывает нам вместо нормального коммунистического общества с нормальными папами и мамами?
«Женщина станет личным предметом потребления» — это не мои слова. Это ложный вывод, который Гаппов сделал, сложив два моих предложения: 1. о личном характере предметов потребления (противопост. частной собственности на ср. пр-ва); 2. о личном характере семейных отношений (куда постороннему человеку совать нос не положено — получит по носу). Личный характер первого и второго — не повод отождествлять первое со вторым!
Можно ли личные любовные переживания отождествлять с личной зубной щёткой? — по мнению Гаппова, можно. По мнению марксиста — нельзя. Ведь утерянную щётку можно заменить другой щёткой, — а утеря человека есть конец личной жизни (для Гаппова это не трагедия, поскольку его полигамная сексуальная ориентация — это такая же социальная аномалия, как педофилия, гомосексуализм и пр.).
Почему люди понимают, что кроме любимого человека им в качестве супруга никто другой не нужен? Потому что они — люди, а не дикие звери! Потому что они научились отличать уникальные и индивидуальные качества человека от особенных (групповых) или всеобщих людских качеств! Человек может «разлюбить» супруга лишь в том случае, если он «полюбил» супруга за особенные (групповые) человеческие качества, которые могут повторяться у других людей. Если же человек полюбил человека за его неповторимые качества, — то это на всю жизнь! Другого такого человека не будет. Он для тебя как отец или мать, как брат или сестра. Ты воспринимаешь его как часть себя. Всё. Другие люди могут быть твоими товарищами по борьбе, коллегами, друзьями, — но такого рода ментальной и психологической близости, как с любимым человеком, у тебя с ними не будет!
Приравнивание любовных отношений к дружбе — вершина гапповской демагогии! Если я люблю одну женщину, то и дружить я могу только с одним человеком, — считает Гаппов! Однако женщину я полюбил за её индивидуальные качества, тогда как друзей я подбираю по групповым признакам! И это нормально, — ведь с друзьями я не ставлю себе целью создать семью или родить детей. Друзья-товарищи — они для других целей: для совместного досуга, для совместной борьбы. А любимая женщина — это человек, который ближе всех остальных друзей. Да, она может быть и товарищем и другом, — но при этом к ней имеется и сексуальное влечение и масса других личных нюансов в отношениях. При этом влечение не как к «красивой женщине» (особенный признак), — а как к ЛЮБИМОЙ женщине (за её неповторимость).
Почему при коммунизме все люди начнут мыслить как я, а не как Гаппов? Да потому что люди есть люди с людским отношением к семейной жизни, к сексу и т.д., а не дикие животные с животным, гапповско-потреблядским отношением к человеку. Любимый человек — это не человек, при виде которого ты, как паршивая псина, думаешь ИМЕННО о сексе. Любимый человек — это человек, без которого ты не представляешь своей жизни. Именно так мыслит человек разумный. Как же жаль, что Гаппов проповедует отсталое, буржуазное отношение к семейной жизни. Ещё и выдаёт этот «социал-кобелизм» за «истинный марксизм».
Без комментариев…
«Рупор рабочей борьбы»
Пролетарии всех стран, Соединяйтесь! 